Sit-up show 04: Медитация.продолжение

Стори: Медитация.продолжение

— Привет! — сказал лысый. — Вот смотрю я на твой обалдевший взгляд и чувствую, что необходимо сразу же внести ясность в то, что сейчас с тобой происходит. Итак, меня зовут Иисус. Я понимаю, что мой внешний вид не вяжется с тем, как меня обычно рисуют на всяких картинках, но, поверь, поддержание одного и того же имиджа волосатого-бородатого — это скука смертная, поэтому сейчас я именно такой, каким ты меня видишь. Лично мне нравится.

Теперь хиппи. Его зовут Мухаммед. Пророк Мухаммед. Очки он носит с целью повышения неузнаваемости, хотя, откровенно говоря, это не самый действенный способ сокрытия своей личности. Хипповая тематика одеяний — это следствие последнего тренда в его увлечениях: им завладела мантра «Make love, not war». Жаль, не всем его адептам это ведомо, но да ладно — поймут когда-нибудь.

Пожарного зовут Будда. Столь странный выбор костюма объясняется довольно просто: это защита от обжигающего сияния Внутреннего Прекрасного Лотоса, причем это не Будда от него защищается — ему-то хоть бы хны от этого сияния — это он оберегает окружающих, чтоб не сгорели сдуру.

Последний человек в нашей делегации — это Люцифер. Как ты, наверное, уже обратил внимание, Люцифер находится в образе девушки. Бзик у него такой, несколько десятков лет уже длится. Но так как мы создания толерантные к чужим причудам, то относимся к этому ровно и называем его, то есть ее, Люсьен. Чтобы когнитивного диссонанса не было.

Пока Иисус вел свою речь, я кое-как восстановил дыхание, сердце перестало прыгать теннисным шариком внутри грудной клетки.

— Знаете, я очень польщен, что вы решили посетить меня, — просипел я пересохшим горлом, — но вот, уж простите, совершенно не понимаю, чем вызван ваш визит.
— Ты совсем ничего не помнишь? — тихо спросила Люсьен с табуретки.
— Нет, — честно признался я, — абсолютно не помню.
— Даже свою мысленную телефонограмму? — спросил Иисус.
— Мухаммед, дай ему, а то у нас коннект никак наладиться не может, — с усмешкой сказала Люсьен.

Мухаммед подошел ко мне, присел на корточки и закурил свою самокрутку. По комнате разнесся специфический, но, в общем-то, приятный аромат дыма. Затем, не говоря ни слова, протянул зажженную самокрутку мне.

— Давай-ка быстренько три глубоких затяжки, — нараспев прожурчал Будда с дивана, — это быстро вернет твою память. Как же вы, люди, достали: как ввести себя в состояние транса, так это у вас сложностей не вызывает, а как вспомнить то, что́ вы в этом трансе сотворили, так садитесь в лужу. Ну, или по-турецки, вот как ты сейчас, экспериментатор хренов.

Я взял у Мухаммеда самокрутку и, как научил Будда, сделал три глубокие, во все легкие, затяжки. Спустя некоторое время в ушах моих раздался вой на высокой ноте, похожий на звук телевизора, когда сигнал телевизионной программы пропадает. А потом изображение комнаты вместе с гостями рассыпалось в разноцветное стеклянное крошево наподобие того, что находится внутри калейдоскопа. Я посмотрел на осколки, улыбнулся и сделал еще одну затяжку. Осколки, влекомые неведомым и невидимым вихрем, взлетели и нарисовали мне картину транса.

Воспоминания посыпались мне в сознание черно-белыми кадрами слайд-шоу.

…Чужой город, все в снегу, тесное такси, танцпол, музыка, дозы текилы, вспышки прожекторов, я и она, танцы, обрывки фраз, снова снег, поиск ее, снова такси, нашел ее, переезд границы, пустой город, поцелуй, бесконечный километр, дом, кровать, почти геймовер, беззвучное обращение в черный потолок: «Боже, если ты есть, приди ко мне, надо посовещаться», геймовер…

На этом слайд-шоу закончилось.

— Ну как, вспомнил? — забрав у меня самокрутку и затянувшись, спросила с улыбкой Люсьен.
— Да, — ответил я.

Окончание следует

* * *
Выпуск подготовлен специально для газеты НВ+. Опубликован в № 8 (164) от 20.02.2015 г.

Добавить комментарий